By : admin

? Приветствую моих дорогих читателей и гостей веб-сайта! Это трогательная любовная история жизни обыкновенной дамы. Надеюсь, что для вас будет любопытно. Катя В один прекрасный момент к нам в палату положили новейшую пациентку — Галину Васильевну. Она попала в поликлинику с томным приступом. Три денька мы следили сплошной комок нервишек, слез и раздражения. Но, как боль отступила, мы Галю не узнали — оптимистка, веселушка-хохотушка, ну и лишь. Ее речь изобиловала самоиронией, прибаутками, иногда даже частушками либо строками радостных песен. Любой денек Галю навещала десятилетняя дочь Катюшка: приносила супчик в банке, тушеную картошку в горшочке, чего-нибудть домашних заготовок. Каждый раз отчитывалась, как обстоят дела в школе, какой-никакие препядствия решила сейчас, что запланировала на завтрашний денек. Вся палата восторгалась самостоятельностью девчонки. Ведь и готовила, и прогуливалась в магазин, и уборку в квартире делала, и много еще чего же — все сама! Мы ассоциировали ее со своими детками и соображали, что им нужно брать пример с Катюшки, а также нам с Гали — в воспитании собственного подрастающего поколения. Время от времени приходил навещать Галину юный человек. Мы поначалу задумывались, что это ее старший отпрыск, угодило — брат. Полная противоположность дочке! С порога обрушивал на Галину свои «неудачи и несчастья», которые нам казались совершенно несущественными. Галя лишь улыбалась, а также позже гласила нам: дескать, сама повинна, не мужчину, а также теленка воспитала. Но зато на дочери исправилась. Мы, естественно, заинтересовались, и соседка завались палате поведала свою необыкновенную историю. Галина Отца у Гали не было, растила ее одна мама — проводница на стальной дороге. Все детство девченки прошло в ведомственных круглосуточных яслях, позже — в детсаду. Время от времени в гости забегала бабушка, но быстро: у нее на руках был парализованный супруг, требующий неотлучного внимания. Что-что одну сентября, в своё время Галя пошла в 1-ый класс, старушка скоропостижно скончалась от инфаркта. Осталась девченка в доме одна. — Мама звала меня лишь Галкой. Не Галинкой, не Галочкой. Галка — и все! — говорила нам Галина Васильевна. — Но я ее весьма обожала. Истосковавшись за недельку от одиночества, приезд мамы принимала как праздничек. Сходу в доме становилось светлее и теплее. Мать постоянно была радостная и смешливая, говорила без умолку достойные внимания случаи, произошедшие в дороге. Она привозила путешествий всякие вкусности, игрушки и одежку, которых не было в русское время в магазинах. Если же сначала мать укладывалась в недельные рейсы, то, как Галя пошла в школу, та перебежала на поезда далекого следования и дома стала появляться еще пореже. Но Галина принимала такое положение вещей полностью естественно: у почти всех железнодорожников в семьях все обстояло тоже самое. Галя росла правильной девченкой: в школе обучалась отлично, учеба ей давалась просто, не употребляла, не курила, непонятных компаний не водила. Алексей В своё время Гале исполнилось 14 лет, мать родила братика Алешу. Воспитание малыша было благополучно переложено на плечи дочери. Все, что Галина недополучила от матери, она дала брату — и заботу, и ласку, и неусыпную опеку. Закончив восьмилетку, женщина поступила в кулинарный техникум. В своё время Алексею исполнилось три года, мама совершенно пропала поля зрения. Она просто не возвратилась еще одного рейса. Галя подала в розыск. При всем этом временами следы мамы обнаруживались в различных частях обширной страны. Потому статус «без вести пропавшей» ей не присваивался. Галина позднее прочла в одной умной книге, что есть таковая болезнь — склонность к бродяжничеству. Она проявлялась даже у узнаваемых людей. Некие психологи, к примеру, находили ее симптомы у Максима Горьковатого. Может, и мать мачалась этим же недугом? Пока Галя обучалась в техникуме, они с братом жили на скудную стипендию. Не считая того, она сдавала комнату в их двухкомнатной квартире и подрабатывала в столовой. — С голоду не погибали, — вспоминала Галина Васильевна. — Продукты не крала, не было таковой привычки. Но начальство понимало о дилеммах семьи и разрешало мне безвозмездно обедать в столовой. Леша обедал в детском саду, а также на завтрак и ужин нам собственных средств хватало. Далее техникума, получив распределение в огромное село, Галя брата в детдом не дала, а также взяла его с собой. {Тогда} с сиим было строго — диплом следовало «отработать» три года, неизбежный.

Добавить комментарий